История и быт страны глазами путешественника

ДВА ДОМА УКРАШАЮЩИЕ ПЛОЩАДЬ 1905 ГОДА В ЕКАТЕРИНБУРГЕ

И действительно, если бы не эти дома, построенный в начале 19 века площадь 1905 года казалась бы по-скучному официальной. С одной стороны здание Горсовета со всеми признаками присутствия администрации города
а с другой Ильич.
До революции эта площадь была тоже центральной, и на ней стоял Богоявленский Кафедральный собор
Пришли большевики и снесли собор, переименовали площадь, воздвигли памятник Ленину. Только эти два дома по ул. Ленина 23/ 25 остались невредимыми и стоят, прижавшись друг к другу, как приклеенные, держат оборону. Вот только стеклянный параллелепипед ТЦ, возвышающийся сзади домов здорово портит картину.
А когда-то в 19 веке эти два дома называли близнецами. Они и правда были похожи друг на друга как близнецы. Вот фото проекта домов

Это уже позже очередные владельцы дома 25( угловой) задекорировали свой дом. Что касается владельцев домов, то их было много. И каждая фамилия отдельная история.Первыми владельцами этих домов были тульские купцы Коробков и Красильников. Вернее сами Максим Коробков и Александр Красильников были уже екатеринбургскими купцами, но корни их были из Тулы. И были они и земляками и в какой-то степени родственники. Еще Никита Антуфьевич Демидов выдал свою дочь Анастасию за Лукьяна Красильникова. Эта фамилия в Туле значилась посадскими. В оружейную слободу записались когда судьба свела их с Демидовыми. Отец Лукьяна Красильникова (тогда он звался Сидоровым) в 1712 году был техническим руководителем при строительстве Тульского завода, практически был автором проекта строительства. На Урале Красильниковы тоже были хорошо известны и как приказчики на заводах Демидовых и как самостоятельные заводчики. к Какой именно ветви принадлежал Александр Красильников не скажу, но бизнес его процветал. И надо отметить, что его-то дом ( Ленина 23) практически сохранил первоначальный облик. Про Коробковых известно немного больше. Они были не заводчиками, а купцами и торговать начали еще в Туле. Один из этой фамилии становится посадским старостой, т.е. человеком с достатком выше среднего. Тарас Панкратович Коробков был тестем Акинфия Демидова. И Красильниковы и Коробковы на Урал попали вместе с Демидовыми, который охотно привлекали к работе своих родственников. Михаил и Тимофей Коробковы уже в 1730 году были записаны екатеринбургским купцами. Торговали солью и Демидовским железом. На этой почве Коробковы, скорее всего, скооперировались с Красильниковыми. Известно, что у Максима Коробкова (дом 25) и Александра Красильникова ( дом 23) был общий бизнес. И не только «железный». В 20-е годы 19 века был очень популярен винодельческий бизнес. И увлекались тогда не строительством харчевен, а «ренсковыми погребами». Вот такие погреба и открыли Максим и Александр. Возможно, что построить дома рядом, да еще с общей стенкой было вызвано желанием открыть там какой-нибудь общий магазин или что-то в этом роде. В 1826 году они выкупают место под

строительство домов на углу Б. Проспект и ул. Богоявленской. Проект домов выполнил архитектор М. Малахов. Его стиль угадывается даже в мелочах. Коробков приступил к строительству на год раньше Красильникова. Он рано начал заниматься коммерческой деятельностью. Кроме виноторговли, у него были золотые прииски. Дела шли очень даже не плохо. Да это и по дому видно. Такой дом, да еще на Главном проспекте, рядом с Кафедральным собором бедняк не построит. Общественную деятельность начал со скромной должности сборщика рекрутских денег, а в результате стал городским головой в 1844-47 гг. Максим был довольно прогрессивным человеком своего времени, и поэтому его участие в финансировании городского театра совсем не удивляет. Родственными связями он был связан с А.Т. Рязановым, был ему свояком. Я плохо разбираюсь в этих родственных обозначениях, но по-моему это означало, что их жены были родными сестрами. Вместе с Рязановым Коробков вошел в возникшую в 1830 году компанию золотопромышленников Екатеринбурга. Умер он скоропостижно в Москве, куда ездил лечиться от фурункулеза. Видимо, поздно спохватился и пошло заражение крови. московское лечение не помогло. По завещанию Коробкова его жена Мария Семеновна получила заимку на городском выгоне 15 тыс. руб. А ещё по его завещанию полагалась не малая сумма на строительство Михайло-Архангельской церкви. Она была не большой, но участь её такая же как и у Кафедрального собора.
Она практически исчезла с лица земли. В 1929 году храм закрыли, и сейчас он находится на территории кондитерской фабрики «Сладко». Внутри бывшего храма склад, да и снаружи мало кто подумает, что это здание когда-то было церковью.Дом достался дочери Анне Максимовне Малининой. Она вместе с семьей жила в Воронеже и возвращаться в Екатеринбург не собиралась. Дом выставили на продажу. Желающий купить его нашелся быстро. Это был Петр Дмитриевич Харитонов, и с 1877 года дом на Ленина 25 стал именоваться Харитоновским.А вот у дома Александра Красильникова несколько другая история.Про самого Ал-ра Красильникова известно мало. Но вот что я нашла. В 1823 году в С-Петербурге для купца А.Красильникова, екатеринбургского купца, был выстроен дом (Волховский пер.6). В издании за 1854 год жилищ и зданий в С-Петербурге указано, что в этом доме жили купцы Александр и Егор Красильниковы ( но вот тот ли это Александр Красильников?). Но если это он, то это объясняет, что свой дом в Екатеринбурге , он продал купцу Савве Федоровичу Жирякову. Савве Григорьевичу достался каменный дом с подвалами, каменный 2-этажный флигель, надворные постройки и баня ( сейчас утеряны), магазин на первом этаже, портерная и мастерские.
Савва Федорович Жиряков был Шадринским купцом. Он вел обширную торговлю скотом. Закупал его в Петропавловске, Кустанае и Троицке. Эта была выгодная торговля, ведь салотопенные фабрики закупали огромное кол-во скота, а торговлю Жиряков вел не только с екатеринбургскими, но и с московским коммерсантами. Но с екатеринбургским связи были более крепкими и обширными. Это и подтолкнуло Савву Федоровича купить дом в Екатеринбурге.
Дом он купил в самом центре, а вот скотобойню и салотопню построил за городом. Савва Федорович был дальновидным купцом, хорошо чувствовал конъектуру рынка. И как только доходы с салотопни стали падать, он переключился на другой вид деятельности, вложился в мукомольный бизнес. Около села Колюткино ( Свердловская обл.)
построил мельницу. После смерти Саввы Федоровича ( дата неизвестна), делами фирмы стали заправлять его сыновья Василий, Михаил и Николай. Но большую часть ( ещё и материнскую долю) унаследовал Василий. Именно он стал одним из крупнейших мукомолов Урала. В 1883 году он полностью перестраивает Колюткинскую мельницу, оснащая её первоклассной техникой. Можно даже сказать, что Василий делает небольшую техническую революцию в мукомольной промышленности- устанавливает вальцевые станки для размола зерна. Еще одно новшество вводит Жиряков, он начинает использовать зерно Алтайских сортов.. Иногда смешивая с местными- мука получала превосходной. В связи с развитием мукомольного производства- стал развиваться и побочный бизнес. Муку-то надо было куда-то складировать, а для этого нужна была тара. Требовались мешки в огромном кол-ве, а на Урале они не производились. Вот Жиряков и наладил пошив мешков, он строит льнопрядильную фабрику.
Дело пошло так хорошо, что возник вопрос о строительстве второй фабрике. Новое сооружение было начато близ д.Черноусово Екатеринбургского уезда.
Большой кредит он брать не стал, посчитал, что слишком большие проценты, поэтому фабрику было решено строить в режиме строгой экономии. Доходило даже до того, что стены выкладывали из камня без скрепляющего раствора. Оборудование закупалось старое, списанное, недостающие детали вместо чугунных ставили деревянные. И первоначально показалось, что прокатило. Фабрика стала давать стабильный доход, но… оборудование стало ломаться, а на ремонте тоже экономили. Сказалось и неудачное расположение ф-ки, близко к воде. При весеннем половодье фабрику топило. И тут новая беда, появились конкуренты. Браться Макаровы построили льнопрядильную фабрику, но оснастили её английским оборудованием. Черноусовская фабрика Жирякова стала убыточной. Кто подсказал ему купцу с безупречной до этого репутацией мысль поджечь собственную фабрику и получить деньги по страховке- неизвестно. Но мысль показалась хорошей, фабрика была застрахована. Кроме того, Василий Жиряков в деле страхования был не новичок, он 15 лет состоял клиентом Первого Российского общества страховщиков. Разработали план. Сам Василий Саввич обрабатывал страховщиков. Весьма оригинально обрабатывал. Он попросил увеличить страховку за фабрику только потому, что ему приснился плохой сон. Мол, большие черные крысы бегают по фабрике, а это не к добру. сын же его Сергей в это время подыскивал себе подельников. И двое нашлись , служащий фабрики Павел Григорьевич Балдин и рабочий Ефим Бодров. Оба сильно пьющие, так, что уговаривать их долго не пришлось. План сработал, поджог удался. Через положенное время, Василий Саввич пришел в страховую компанию и потребовал деньги. Формально проведя расследование, страховая выдала ему 400тыс.руб. Но тут случилось…то , что и должно было рано или поздно случиться. Ефим Бодров пропив все «честно» заработанные деньги, начал рассказывать на каждом углу о поджоге. Его арестовали, а там он уж во всем сознался. Началось следствие, и всех участников поджога арестовали. Состоялся суд в результате которого, Василий Саввич был полностью оправдан, т.к. всю вину на себя взял сын Сергей. За что и получил 5 лет. И что интересно, возмещение убытков было возложено на Балдина, Бодрова и С. Жирякова. Таким образом деньги остались в семье. На них была отремонтирована Черноусовская фабрика. Вся эта история подломила здоровье Василия Жирякова. Фирму зарегистрировали на себя многочисленные родственники, но ведущую роль в ней играли сыновья Владимир и Михаил. Дальнейшая судьба спасителя семейного дела Сергея неизвестна. Владимир и Михаил имели все права на семейное дело, но вели его в общем по-прежнему. Вот только время уже изменилось. Затяжной конфликт с рабочими начался из-за не желания владельцев идти навстречу рабочим. А их требования были просты и насущны: улучшить условия труда. Началась забастовка, которая привела к тому, что рабочие захватили фабрику. Таким образом, Жиряковы расстались с Черноусовской фабрикой еще в 1917 году. А в 1918 они лишились и всего остального, в том числе и дома в Екатеринбурге на ул. Ленина 23.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

5 × 5 =